Нора Потемкина. Современное православное богослужебное пение и духовная музыка XX-XXI веков

Ученые записки РАМ имени Гнесиных № 3. М., 2016


…Кантатно-ораториальный жанр, призванный в советское время воспевать строительство коммунизма, в постсоветскую эпоху переосмысливается композиторами благодаря новым темам, новым (после долгого забвения) текстам, новой интонационности: «Плач пророка Иеремии» и «Рождественская музыка» Владимира Мартынова, «Гимны» и «Книга скорбных песнопений» Альфреда Шнитке, «Рождественские колядки» и «Русские страсти» Алексея Ларина, «На реках Вавилонских» и «Покаянный канон» Арво Пярта, «Канон Ангелу Грозному воеводе» Юрия Буцко – лишь немногие примеры произведений, написанных в жанрах кантаты и оратории.

Рассмотрим две попытки дать новое звучание традиционному жанру канона. Жанр этот весьма масштабен. Канон состоит из девяти песней, каждая из которых, в свою очередь, состоит из ирмоса, открывающего песнь, и последующих тропарей, написанных по образцу ирмоса. Каждая песнь канона посвящена событиям Ветхого Завета, кроме последней, 9-й песни, посвященной Богородице. В богослужебной практике канон исполнялся в разное время по-разному: пелся на один из восьми гласов либо читался. В настоящее время обычно поются ирмосы каждой песни канона на напев одного из восьми гласов, последующие тропари читаются (если же поются, то в каждой песни по напеву ирмоса).

Попытка нового прочтения текста «Канона покаянного» была сделана Арво Пяртом, написавшим свой «Канон покаянен» в 1996 году. В основе сочинения лежит текст канона Господу Иисусу Христу 6-го гласа: этот текст широко известен православным верующим, так как он входит в «Последование ко святому Причащению».

Арво Пярт попытался создать иную интонационную «среду» для известного текста. Ирмосы исполняются смешанным хором. Канон поется полностью антифонно мужской и женской группами хора. Напевы ирмосов и тропарей придуманы автором. В их основе, предположительно, находятся интонации человеческой речи. Напевы тропарей не повторяют напев ирмоса, но контрастируют ему. Мелодии, исполняемые мужской и женской группами хора, тоже разные. Однако между всеми напевами есть структурное сходство: они строятся из коротких, многократно повторяемых интонаций. В них слышно не «широкое дыхание» знаменного роспева, но сцепленность из мельчайших мелодических единиц. Возможно, в этом угадывается влияние техники минимализма: конструирование целого из постоянно повторяемых мельчайших составных частей-паттернов. Но сходное строение имеют и некоторые фольклорные жанры: весенние заклички, похоронные причитания. Церковные мелодии знаменного роспева организованы более разнообразно: это не многократное повторение похожих мотивов, но сцепление разнообразных и более протяженных мелодических оборотов-попевок. <…>

Композитор использует полностью текст канона, а также текст молитвы, читаемой после канона. Этот последний фрагмент становится кодой произведения, здесь впервые эпизодически звучит мажорный лад, и кода заканчивается просветленным мажорным аккордом. Продолжительность «Канона покаянного» – почти полтора часа. Такая продолжительность совершенно не свойственна приходскому богослужению, где исполнение канона продолжается в среднем от 20 до 30 минут. Возможно, автор представлял себе продолжительную монастырскую службу, без уставных сокращений, но очевидно, что в современных условиях «Канон покаянен» может быть исполнен только в концерте.

Другая попытка прочтения жанра канона была предпринята Юрием Буцко. Это «Канон Ангелу Грозному воеводе», за текстовую основу которого был взят редкий и выдающийся пример канона: литургическое сочинение царя Иоанна IV (глас 6).

Текст Ивана Грозного, этого «земного ангела смерти» для его современников, обращенный к небесному ангелу смерти, исполнен трепета и страха, покаянных мыслей: «Осквернивше душу злыми похотьми и теплыми слезами не омывше, и милостынею не очистивше» (песнь 9, тропарь 1).

Царь сочинил тропари канона 6-го гласа по образцу ирмосов, которые не выписаны в тексте, но в нем присутствует указание на начальную строку каждого ирмоса.

В композиции Буцко применен иной подход к словесному тексту, чем в «Каноне» Пярта: выбраны наиболее яркие фрагменты из разных песен. Они выражают разные чувства и состояния, молитвенные просьбы: «Прежде страшнаго и грознаго Твоего пришествия умилосердися о мне, грешнем рабе Твоем»; «Дай ми, ангеле, смиренное свое пришествие и красное хождение…»; «Не остави мене сира». Тексты тропарей канона чередуются с краткими возгласами «Аллилуия», «Слава тебе Боже». Это напоминает о богослужебной практике пения с канонархом, который посреди храма на амвоне возглашает текст гимна, а хор либо повторяет его, либо поет припев.

Композитор попытался создать синтетический жанр, сочетающий в себе многие стили, существовавшие в церковной и авторской музыке за последние 300 лет: выразительный речитатив, народный причет, церковное многоголосие и одноголосный распев, псалмодия, колокольный звон, старинный кант, партесный концерт. Каждый из этих стилей применяется в разные моменты композиции.

Выразительный речитатив, вызывающий в памяти монологи оперных персонажей Мусоргского, звучит у солистов: баса и тенора, исполняющих текст канона.

Роль хора в этом сочинении многогранна. Это изображение колокольного звона разных видов: праздничного трезвона в первом разделе и погребального звона в начале второго раздела. Это и постоянно звучащие краткие славословия и возгласы: «Аллилуия», «Господи помилуй», «Слава Тебе Боже». Они очень важны как своего рода комментарий к тексту Канона. Возгласы «Аллилуия», «Слава Тебе, Боже», «Господи помилуй» повторяются многократно у всего хора, часто в ритме колокольного звона, праздничного и погребального (вызывая ассоциации с «Колоколами» Рахманинова). Подобные хоровые звукоизобразительные эпизоды ярко контрастны одноголосным либо двухголосным напряженным репликам солистов.

Запевы «Святый Ангеле, грозный воеводо, моли Бога о нас», изложенные сначала в мажоре, с восходящей мелодией у женского хора (1-й раздел), контрастны основному минорному ладу канона и «осветляют» общий колорит, как и возглас «Аллилуия». Текст запева с некоторыми изменениями перед тропарями звучит в минорном ладу и колокольном ритме у хора tutti в начале второго раздела: «Святый Ангеле Христов, грозный воевода, помилуй мя, грешного раба твоего».

Вся композиция представляет собой контрастно-составную репризную форму. Сочинение состоит из нескольких крупных разделов.

Начало – «Вступление», в котором полностью, нараспев излагается название канона: «Ангелу Грозному и Воеводе, и Хранителю всех человек, от Вседержителя Бога посланному по вся душа человеческая». Эта часть названия исполняется хором tutti, далее следует соло тенора: «О человече, не забывай часа смертнаго: пой по вся дни канун сей, творение уродиваго Парфения».

Первый раздел построен на тексте первой песни канона: «Прежде страшнаго и грознаго твоего, ангеле, пришествия». Здесь канон звучит у хора, чередуясь с возгласами «Аллилуйя», «Слава Тебе, Боже». Композиция и тематизм раздела напоминают о жанре русского партесного концерта рубежа XVII–XVIII веков, а в пении мужской группы слышатся интонации канта. Раздел завершается монологом тенора «Далече ми с тобою путешествовати», и на этом заканчивается 1-я песнь канона. Женские голоса хора, подобно эхо, повторяют в унисон слова солиста.

Второй раздел начинается хоровым вокализом, затем у всего хора звучит запев «Святый Ангеле Христов, грозный воеводо», с возгласами «Слава Тебе Боже», «Аллилуия».

Третий раздел начинается с тропаря третьей песни канона «Егда придет время прихода твоего». Пение хора чередуется с протяженным соло баса. Монолог баса завершается просветленным мажором. Хор поет вокализ, эмоционально комментируя слова текста: «Вниди с тихою радостию, да усрящу (встречу) тя честно».

Четвертый раздел начинается хоровым вокализом в ритме колокольного звона, затем та же музыка звучит с текстом «Из земли взят, во сыру землю лягу». Слова эти прозвучат у всего хора еще раз, в конце раздела. В середине его – два ярких эпизода: повторяется музыка вступления, но уже с другим текстом: «Небеснаго царя воевода». Второй эпизод – пронзительный покаянный монолог у тенора: «Помилуй мя грешного, окаянного, осквернившего душу злыми похотьми и теплыми слезами не очистивше». Заключительные слова раздела – «Во сыру землю лягу» поет дуэт баса и тенора на тоническом органном пункте, с остинатным ритмом у сопровождающих ударных инструментов и колокольными аккордами у фортепиано, имитирующими погребальный звон.

Композиция заканчивается светло, в мажоре: «Слава Свершителю Богу. Слава Зиждителю Богу» – пением всего хора: жизненная трагедия и метания мятежной души Иоанна не могут поколебать величия Божия и Его любви.

Итак, сочинение Буцко представляет собой концертную композицию с элементами, условно говоря, «полистилистики» – сочетания различных музыкальных стилей на основе богослужебного жанра канона.



9 просмотров0 комментариев